АРХИВЫ РОССИИ
новости карта сайта поиск о сайте о сайте
Дискуссии
Перечень тем

Обсуждение статьи В.П.Козлова

Еще раз об объекте и предмете археографии

В.А. ЧЕРНЫХ*, кандидат исторических наук

Статья опубликована в дискуссионном порядке в журнале
"Отечественные архивы" № 3 (2001 г.)
НА ГЛАВНУЮ
подписка на новости портала Архивы России
Помощь (FAQ)
Отправить e-mail в службу поддержки портала Архивы России

В России традиционно сложились два различных понимания объекта и предмета археографии - "широкое" и "узкое". Согласно "широкому" пониманию, объектом археографии как специальной историко-филологической дисциплины является документ (преимущественно письменный в современном значении этого термина, включающий авторскую рукопись, рукописную и редкую книгу), а предметом - изучение каждого отдельного документа в качестве самоценного памятника материальной и духовной культуры, истории его создания и бытования. В соответствии с этим пониманием возникло и представление о трех основных видах археографической деятельности:

  • собирание документальных памятников истории и культуры, сохранившихся доныне в частной собственности, вне официальных учреждений и государственных хранилищ, и изучение их в среде бытования - "полевая археография";

  • изучение и детальное подокументное описание таких памятников, уже поступивших в государственные хранилища (архивы, библиотеки, музеи) – "камеральная археография";

  • публикация (издание) их текстов или научных описаний - "эдиционная археография".

Это понимание опирается на традиции русской дореволюционной археографии, воплотившиеся, в частности, в многолетней плодотворной деятельности С.-Петербургской археографической комиссии (1834 - 1926). В послевоенные десятилетия такое понимание археографии широко распространилось в академической и университетской среде, нашло применение

в работе многих (в частности, краеведческих) музеев и библиотек благодаря деятельности Археографической комиссии РАН (с 1956 г.), ее региональных отделений и филиалов, публикациям "Археографического ежегодника" (с 1957 г.) и подобных региональных изданий 1, проведению Всесоюзной конференции по полевой археографии (1976 г.), а также преподаванию археографии (именно в таком широком объеме) в Московском, Новосибирском, Уральском, Казанском, Сыктывкарском и других университетах, организации университетами, библиотеками, музеями археографических экспедиций, основной задачей которых является собирание письменных памятников (преимущественно - рукописных и редких книг) и изучение их бытования (в частности, в среде старообрядцев, где эти книги особенно бережно сохранялись).

Значительный вклад в становление археографии как специальной историко-филологической дисциплины именно в таком ее широком понимании внесли родоначальник полевой археографии В.И. Малышев, академики М.Н. Тихомиров, Д.С. Лихачев, Н.Н. Покровский, а также А.А. Амосов, П.А. Колесников, И.В. Поздеева, Д.И. Тверская, М.А. Усманов, председатель Археографической комиссии РАН академик РАО С.О. Шмидт 2 и др. Приходилось высказывать свои соображения по этим вопросам и автору настоящей статьи 3.

Вряд ли следует отмахиваться от этого понимания археографии и неразрывно связанной с ним многообразной, плодотворной археографической деятельности с такой легкостью, как это делает руководитель Федеральной архивной службы России член-корреспондент РАН В.П. Козлов, утверждающий в недавно опубликованной статье, посвященной современным проблемам публикации исторических источников и в этом плане весьма интересной и содержательной, что развитие архивоведения и архивного дела "не оставило шансов" такому широкому пониманию археографии 4.

Это утверждение, даже отвлекаясь от его странного пренебрежительного тона, неправильно по существу: архивоведение и архивное дело занимаются не отдельными самоценными документами, как памятниками истории и культуры, а преимущественно крупными комплексами документов - делами, фондами, архивами, Архивным фондом страны в целом. Поэтому предмет и "масштаб рассмотрения" своего объекта у архивоведения и археографии в изложенном выше ее понимании - различны.

Наряду с "широким" пониманием археографии значительное распространение (преимущественно в архивных учреждениях и Историко-архивном институте) получило "узкое" понимание археографии как специальной научной дисциплины, занимающейся вопросами публикации (издания) исторических источников (преимущественно - письменных), а археографической деятельности - как практической работы по подготовке документальных публикаций. Это понимание является не менее традиционным и подкреплено авторитетом такого классика отечественной эдиционной археографии, как С.Н. Валк 5, трудами многих других авторов и многолетним преподаванием курса археографии в Историко-архивном институте 6. Справедливости ради отметим, что в статьях, посвященных археографической деятельности академиков Б.Д. Грекова и М.Н. Тихомирова, С.Н. Валк, уделяя основное внимание их вкладу в издание исторических документов, вместе с тем неизменно отмечает также их деятельное участие "в ряде разнородных археографических работ", в частности, в описании письменных памятников и в "археографических путешествиях" 7. (К сожалению, В.П. Козлов в своей статье вообще не упоминает никого из авторов, высказывавшихся ранее по теоретическим проблемам археографии.)

Следует отметить далее, что многие памятники письменности, являющиеся объектами изучения археографии в ее "широком" понимании, не представляют интереса для археографии в "узком" смысле. Таковы, в частности, рукописные и старопечатные книги канонического содержания. Они не требуют публикации, поскольку текст их традиционен и многократно воспроизведен, а нуждаются именно в собирании и подробном научном описании, чем и занимается археография в "широком" понимании 8 и не занимается археография в "узком" смысле.

Вместе с тем с точки зрения "широкого" понимания археографии собственно археографическими публикациями следовало бы, наверное, называть научные издания отдельных уникальных письменных памятников (летописей, юридических актов, рукописей научного, литературного, мемуарного, публицистического содержания), но не сборники архивных документов, которыми преимущественно занимается археография в "узком" понимании.

В одной из поздних своих работ С.Н. Валк предлагал отказаться от термина "археография" применительно к публикации сборников документов, называя ее просто и ясно "изданием документов"9. С этим, вероятно, можно поспорить, но уж назвать археографические экспедиции иначе чем археографическими, по-видимому, нельзя: они так называются уже почти двести лет и другого для них не придумано.

Таким образом, приходится признать, что с логической точки зрения "узкое" понимание археографии не поглощается ее "широким" пониманием, а лишь частично перекрещивается с ним. То есть, мы здесь имеем дело с двумя различными специальными дисциплинами, волею судеб получившими одинаковое название. И с этим, видимо, следует примириться, как с давно свершившимся фактом. Омонимичность в терминологии, конечно, нежелательна, но не является в научном языке чем-то исключительным. Таково же, например, понятие антропологии, употребляемое и в "узком" смысле как наука о биологической природе человека, и в "широком" как комплекс наук о человеке вообще.

В заключение хотелось бы сказать несколько слов о предлагаемых В.П. Козловым в его статье "переименованиях" ряда терминов, давно уже ставших общепринятыми в археографии, текстологии, издательском деле. Так, он называет указатели "сигнальной системой", отбор документов для публикации - "фильтрацией", а научный аппарат, в частности, комментарии - "конвоем". (Заметим, кстати, что Д.С. Лихачев ввел в употребление понятие "конвой" в совершенно другом смысле - не в качестве синонима научного аппарата, а для обозначения текстов, постоянно сопровождающих изучаемый текст в составе рукописных сборников) 10. Целесообразность подобных терминологических новаций представляется, как минимум, сомнительной. Возникающая при этом синонимия в области терминологии ничуть не лучше, чем омонимия. Думается, что общепринятое в науке правило - не вводить новых терминов без крайней необходимости - применимо и к археографии.


1 См.: Библиографический указатель продолжающихся изданий Археографической комиссии РАН и ее отделений. Сост. Н.А. Долдобанова. М., 2000.

2 См., в частности: Тверская Д.И. О некоторых итогах развития полевой археографии на территории СССР в послевоенный период // История СССР. 1976. № 1. С. 106 - 124; Покровский Н.Н., Шмидт С.О. Археографическая деятельность Д.С. Лихачева // Археографический ежегодник за 1976 год. М., 1977. С. 122 - 128; Панченко А.М. В.И. Малышев как археограф // Археографический ежегодник за 1977 год. М., 1978. С. 214 - 218; Проблемы полевой археографии. М., 1979; Амосов А.А. Археография в трудах П.А. Колесникова // Археографический ежегодник за 1982 год. М., 1983. С. 164 - 166; Усманов М.А. По следам рукописей. Записки археографа. Казань, 1984. (На татарском яз.); Шмидт С.О. Деятельность Археографической комиссии АН СССР и задачи развития археографии // Вестник АН СССР. 1984. № 10. С. 57 - 67; Деревянко А.П., Покровский Н.Н. М.Н. Тихомиров и сибирская археография // Археографический ежегодник за 1983 год. М., 1985. С. 202 - 204; Лихачев Д.С. Н.Н. Покровский и "археографическое открытие" Сибири // Лихачев Д.С. Прошлое - будущему. Л., 1985. С. 558 - 563; Покровский Н.Н. Археографическое изучение памятников древней письменности и печати в Сибири в 1965 - 1983 гг. // Археографический ежегодник за 1984 год. М., 1986. С. 13 - 25; Он же. Археографические экспедиции и проблемы изучения народного сознания // Археографический ежегодник за 1986 год. М., 1987. С. 159 - 164; Archeographia orientalis: Материалы Всесоюзного рабочего совещания по проблемам восточной археографии. М., 1990; Поздеева И.В. 30 лет полевой археографии Московского университета (1966 - 1995) // Археографический ежегодник за 1995 год. М., 1997. С. 48 - 59; Шмидт С.О. Археография. Архивоведение. Документоведение. Сб. статей. М., 1997; Памяти А.А. Амосова // Археографический ежегодник за 1996 год. М., 1998. С. 229 - 265.

3 Черных В.А. О предмете археографии и ее месте в кругу смежных дисциплин // Советские архивы. 1976. № 6. С. 46 - 53.

4 Козлов В.П. Теоретические основы археографии с позиций современности // Отечественные архивы. 2001. № 1. С.11.

5 Валк С.Н. Советская археография. М.-Л., 1948; Он же. Избранные труды по археографии. СПб., 1991.

6 См., напр.: Софинов П.Г. Из истории русской дореволюционной археографии. М., 1957; Степанский А.Д. Археография: термин, объект, предмет // Отечественные архивы. 1996. № 3. С. 16 - 25.

7 См.: Валк С.Н. Б.Д. Греков как деятель археографии // С.Н. Валк. Избранные труды по археографии. СПб., 1991. С. 212 - 224; Он же. Археографическая деятельность академика М.Н. Тихомирова // Там же. С. 241 - 262.

8 См., напр.: Сводный каталог славяно-русских рукописных книг, хранящихся в СССР. XI - XIII вв. М., 1984.

9 Валк С.Н. Избранные труды по археографии… С. 238.

10 Лихачев Д.С. Текстология. 2-е изд. Л., 1983.


*Черных Вадим Алексеевич - заместитель председателя Археографической комиссии РАН.


Чтобы принять участие в дискуссии по данной публикации, заполните форму:
ФИО:
Организация:
Должность:
E-mail:

Текст:

вверх
 

Федеральное архивное агентство Архивное законодательство Федеральные архивы Региональные архивы Музеи и библиотеки Конференции и семинары Выставки Архивные справочники Центральный фондовый каталог Базы данных Архивные проекты Издания и публикации Рассекречивание Запросы и Услуги Методические пособия Информатизация Дискуссии ВНИИДАД РОИА Архивное образование Ссылки Победа.1941-1945 Архив гостевой книги

© "Архивы России" 2001–2015. Условия использования материалов сайта

Статистика посещаемости портала "Архивы России" 2005–2015

Международный совет архивов Наша Победа. Видеоархив воспоминаний боевых ветеранов ВОВ Сайт 'Вестник архивиста' Рассылка 'Новости сайта "Архивы России"'