АРХИВЫ РОССИИ
новости карта сайта поиск о сайте о сайте
Издания и публикации
Перечень

КОЛЛЕКЦИЯ ДОКУМЕНТОВ
Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА),
Российского государственного исторического архива (РГИА)

«Бухарестский мирный договор (1812)»





 О проекте  Документы 


Е.П. Кудрявцева

Бухарестский мир 1812 г. – прорыв России на Балканы

Бухарестский мир, заключенный Россией и Османской империей 16 (28) мая 1812 г. по результатам завершившейся русско-турецкой войны, явился одним из важнейших политико-стратегических документов, легших в основу геополитической доктрины России на Балканах. Этот мирный договор, наряду с Кучук-Кайнарджийским миром 1774 г., впервые позволившим российским властям «делать представления» в пользу христианских подданных Порты, стал той отправной точкой, на которую опирались все дальнейшие русско-турецкие документы, содержавшие нормативные акты политического существования Дунайских Княжеств и Сербии в рамках Османской империи.

Бухарестский мир явился крупной дипломатической победой России. Он значительно укрепил ее положение на южных рубежах – Россия превращалась в придунайскую державу, сохраняла добровольно присоединившиеся к ней области на Кавказе и черноморское побережье с г. Сухуми. Турции возвращались только завоеванные земли и крепости, но добровольно вошедшие в состав России Мингрелия, Имеретия, Гурия и Абхазия оставались за Россией. Условия договора впервые признавали право сербского народа иметь ряд органов самоуправления, находясь в составе Османской империи, что обеспечивало Сербии определенные возможности для будущего политического развития. Договор признавал автономное самоуправление Молдавии и Валахии, а также присоединение Бессарабии к России. Изменение юго-западной границы имело важное значение, поскольку она теперь шла по левому берегу Дуная до его устья и Черного моря, что имело стратегическое значение для обороны Российской империи.

Прежде всего, следует рассматривать заключение Бухарестского договора в качестве положительного политического шага в преддверии войны с Наполеоном. Действительно, накануне войны с Францией Россия стремилась завершить затянувшийся военный конфликт с Османской империей: Александр  I ратифицировал Бухарестский договор буквально за день до вторжения «великой армии» в Россию[1]. В результате заключенного мира России удалось обеспечить нейтралитет Турции перед решающей схваткой с Наполеоном. Однако лишь созданием благоприятного стратегического климата накануне войны с Францией значение Бухарестского мира не исчерпывается.

Мир, заключенный в Бухаресте, потребовал большого дипломатического искусства от российских представителей и явился несомненной заслугой М.И.Кутузова, который вел переговоры с османскими уполномоченными. Осенью 1811 г. Кутузов получил из Петербурга инструкции с условиями мира, приемлемого для России. Но поскольку турки были не готовы начать переговоры в это время, Кутузову пришлось возобновить военные действия, нанести туркам поражение под Рущуком и только затем вернуться к обсуждению мирных условий. В своем секретном рескрипте от 22 марта (3 апреля) 1812 г. Александр  I писал Кутузову: «Величайшую услугу Вы окажете России поспешным заключением мира. Убедительнейше взываю Вас любовию к своему Отечеству обратить все внимание Ваше к достижению сей цели. Слава Вам будет вечная…»[2]. С русской стороны договор был подписан посланником России в Константинополе А.Я. Италинским, генералом Молдавской армии И.В. Сабанеевым и первым драгоманом российской миссии в Константинополе И.П. Фонтоном[3]. Турецкую делегацию возглавлял Галиб эфенди, в ее состав вошел главнокомандующий турецкой армией Ахмет-паша.

Подписывая договор, считает исследователь В.Н. Виноградов, Кутузов брал на себя колоссальную ответственность – ведь несмотря на то, что император прямо указывал на необходимость подписания договора, условия его отнюдь не соответствовали притязаниям России[4]. Еще летом 1810 г. Кутузов получил инструкции Петербурга добиваться от Турции уступки Молдовы и Бессарабии, а также денежной компенсации[5]. Только после того, как Кутузову удалось убедить турецкую сторону в том, что миссия адъютанта Наполеона графа Нарбонна в ставку Александр будет иметь своим следствием русско-французские договоренности, направленные против самой Турции, османское правительство поспешило с заключением договора с Россией[6]. Ахмет-паша достаточно откровенно выразил свои мысли в беседе с Фонтоном, когда говорил о том, что примирение России и Турции являлось главной задачей момента, поскольку они должны «позаботиться об общей обороне»[7]. То, что заключение подобного договора возможно, французская сторона считала невероятным – ведь еще накануне, в феврале 1812 г., Наполеон пытался убедить султана в необходимости подписания франко-турецкого союза, который позволил бы Турции претендовать на обширные российские территории Причерноморья и Закавказья. То, что чаши весов склонились на российскую сторону, французский император считал невероятным – в июне 1812 г. он прямо спрашивал генерал-адъютанта А.Д. Балашова: «Правда, что вы заключили мир с турками? ...если вы претендуете, как мне говорят, на границу по р. Прут, то ничего не выйдет, будьте уверены»[8]. Подписание мира сохранялось в большой тайне и вызвало появление многочисленных слухов о содержании статей этого документа. Позже, когда Наполеон писал мемуары на о. Св. Елены, он признавал, что после известия о Бухарестском мире ему следовало бы отказаться от похода на Россию – ведь вместо двух потенциальных союзников – Турции и Швеции, которые могли бы оттянуть фланги русской армии на север и на юг – он столкнулся с единственным противником, усилившим свое политическое положение за счет русско-турецкого и русско-шведского соглашений. Таким образом, по словам сподвижника Наполеона графа Ф.-П. Сегюра, возможные друзья Франции стали ее врагами[9], а 50-тысячная Молдавская армия могла, забыв о турецкой угрозе, принять участие в сражениях на западном фронте.

Отдельным вопросом подписанных договоренностей стала судьба кавказских земель. Еще до подписания мира Кутузов признавался Румянцеву в том, что намерен подписать по Кавказу «статью темную и запутанную, которая… предоставила бы нам возможность… настоять в сохранении за нами того, что нашими войсками теперь занимается»[10]. Действительно, Кутузов намеревался не выводить войска с занятых территорий. Однако в этот вопрос вмешались англичане, которые, по словам адмирала Чичагова, «помышляли лишь о том, какой вред может быть для английской Индии, если Россия утвердится на Кавказе»[11]. По результатам мира русские войска эвакуировались из Анапы, Поти и Ахалкалаки, но остались в Сухуми и Редут-кале, контролируя практически все побережье Абхазии, Мегрелии и Гурии. Россия приобрела участок черноморского побережья протяженностью в 200 км. Несмотря на то, что требования Порты в этом вопросе были удовлетворены полностью, спор о принадлежности кавказских территорий остался надолго одной из основных дискуссионных точек в русско-турецких отношениях. Если Галиб-эфенди требовал вернуться к положению «status quo ante bellum», то русская сторона настаивала на том, что возвращению подлежат лишь территории, занятые «силой оружия», но не добровольно присоединенные, вступившие в подданство России до начала войны. Как и предполагал Кутузов, статья относительно положения кавказских земель на долгие годы осталась самой «темной и запутанной» в длинной череде русско-турецких противоречий. По-видимому, именно условия кавказского урегулирования стали причиной того, что султан по получении известия о заключении Бухарестского мира приказал казнить турецкого драгомана, подписавшего договор, не решившись, однако, полностью отказаться от его исполнения[12]. Впрочем, следует отметить, что в румынской историографии существуют предположения о том, что заключение мира является следствием предательства османских депутатов. У казненного Димитрия Морузи, якобы, были найдены перстень, стоимостью 12 тыс. лей и документы на владение имением в той часть Молдовы, которая отошла России[13]. Документальных свидетельств в подтверждение этого тезиса нет, а само предположение такого рода, вероятно, возникло именно потому, что заключение мира имело особую важность для России. Недаром Е.В. Тарле очень высоко оценил значение этого документа: «Кутузов-дипломат – считает Е.В. Тарле – нанес Наполеону в 1812 г. тяжкий удар еще раньше, чем Кутузов-военачальник».

Однако нельзя сбрасывать со счетов самодостаточность условий договора для всей последующей политики России на Балканах и разработки концепции геополитических приоритетов во всем Ближневосточном регионе, включая Проливы. Одним из важнейших, а может быть и главным, последствием Бухарестского договора была полученная Россией возможность контролировать выполнение всех статей договора, строить на этом дальнейшие русско-турецкие отношения и использовать их для укрепления своего влияния на просторах Балканского полуострова путем обеспечения политического развития подвластных Порте православных народов – молдаван, валахов, сербов, греков.

Политическая обстановка в Европе накануне заключения договора оставалась крайне сложной. В 1807 г. между Александром  I и Наполеоном было заключено Тильзитское соглашение, в результате которого Россия становилась союзницей Франции. Согласно русско-французским договоренностям, две европейские державы разделили сферы своих политических интересов. В результате, Франции досталась Западная Европа, а России – Восточная, включая Балканы, которые стали объектом пристального внимания российского правительства. Согласно предварительным договоренностям, Россия укрепляла свое влияние в Дунайских княжествах и Сербии, а Франция – в Албании, Далмации и Которе[14]. Окончательный текст русско-французского союза, подписанного 25 июня 1807 г., уже не содержал этих условий, но подразумевал посредничество Парижа по отношению ко всем спорным русско-турецким вопросам. Безусловно, это положение не могло отвечать интересам российской стороны, поскольку успех ее политики в Османской империи напрямую зависел от отсутствия третьих посреднических сторон, нарушавших возможное русско-турецкое согласие.

Несмотря на сближение России и Англии перед угрозой наполеоновской агрессии, русско-английские противоречия нельзя было считать полностью устраненными. В это время Россия не могла претендовать на то, чтобы быть достойным противником Великобритании в Средиземноморском бассейне – прежние позиции, которые она занимала в Восточном Средиземноморье и на Адриатике, были утрачены, а русско-турецкие договоры 1799 и 1805 гг., дававшие весомые преимущества российскому флоту в Проливах, прекратили свое действие. Более того, по англо-турецкому договору 1809 г. Босфор и Дарданеллы по настоянию Великобритании были закрыты для военных кораблей всех держав, что являлось веским ударом, прежде всего, для русского флота. Однако при заключении Бухарестского мира Англия была на стороне России – ведь условия мира были выгодны русскому союзнику Великобритании и укрепляли его военную мощь на западных границах Российской империи. В то же время концепции России и Англии относительно сотрудничества с Османской империей значительно разнились. Если Великобритания стояла на позициях поддержания status quo на Балканах, то в российских правящих кругах получили распространение планы по устройству на обширной территории Османской империи новых полузависимых христианских государств, опиравшихся на помощь православной России. Эти планы создания отдельных или общего славяно-сербского государства, объединявшего в своих границах несколько славянских народов, были чисто гипотетическими построениями, не имевшими определенной политической поддержки правительства, но общие тенденции будущей политики России на Балканах они выражали достаточно ясно.

Бухарестский мир в своей основе ставил проблему политического существования Дунайских княжеств и Сербии. Среди многочисленных православных народов, населявших Османскую империю, лишь сербы, молдаване и валахи могли претендовать как на самостоятельное политическое существование, так и на политическую поддержку России, поскольку только они имели сформированные и развитые органы внутреннего управления и представляли собой регионы высокой политической заинтересованности для российских властей. Именно Дунайские княжества являлись стратегически важным регионом, пограничными землями между Россией и Турцией, издавна обладавшими рядом политических привилегий. Именно здесь начинались и велись русско-турецкие войны, и местное население с надеждой обращало свои взоры в сторону России. Принятые положения об автономии этих составных частей Османской империи, наряду с присоединением Бессарабии и открывшимися возможностями торгового судоходства по Дунаю с выходом в Черное море – все было связано с упрочением торгового (а по возможности – и военного) присутствия российского флота в Проливах, а, следовательно, и в Средиземноморье. Таким образом, условия Бухарестского мира, решавшие конкретные задачи внешней политики России, содержали основу последующих договоренностей, построенных на заложенном в 1812 г. фундаменте. В первую очередь это касалось судеб христианских народов Турции.

Поддержка политического статуса Сербии и Дунайских княжеств в качестве автономий в составе Османской империи имела исключительно важное значение для дальнейшего развития самостоятельности будущих балканских государств. В Бухарестском договоре предусматривалось обеспечение прав Сербии «сколь можно согласно с желаниями сербской нации»[15], что было использовано сербской стороной уже в ближайшие годы для создания собственной конституции – Устава, в разработке которого самое деятельное участие принимали российские дипломаты[16].

В целом, дипломатическая поддержка Россией сербского освободительного движения и желание привлечь внимание европейских держав к проблеме угнетенных славянских народов свидетельствовали о возраставшей роли восточного направления во внешней политике России и о ее намерении поддержать православных подданных Порты в их борьбе против османского гнета. Попытка обратить внимание на турецких христиан во время Венского конгресса, а затем открытый разрыв дипломатических отношений с Османской империей в 1821 г. после начала Греческой революции – все это были последовательные шаги российского правительства в одном направлении. Восточная проблема раз и навсегда заняла свое место среди внешнеполитических приоритетов России. Все дальнейшие мирные инициативы российского правительства, а также попытки решения спорных русско-турецких вопросов военным путем имели в своей основе договоренности, подписанные в Бухаресте.

После окончания Венского конгресса и создания Священного союза российское правительство активизировало балканское направление своей внешней политики, что явилось следствием подписанного в Бухаресте мира 1812 г. Именно статьи Бухарестского договора фигурировали во всех последующих соглашениях России и Османской империи в качестве фундамента их взаимодействия и позволяли российскому руководству выступать с обоснованными требованиями безусловного исполнения всех условий принятого соглашения. Ссылки на Бухарестский договор звучали своеобразным рефреном во время русско-турецких дискуссий, которые на протяжении шести лет вел в Константинополе российский посланник Г.А. Строганов по вопросам политического устройства Сербии и Дунайских княжеств. Упоминание о договоре присутствует в более поздних русско-турецких документах – Аккерманской конвенции 1826 г. и Адрианопольском договоре 1829 г., условия которого имели исключительно важное значение для дальнейшей судьбы балканских народов: расширялось самоуправление Дунайских княжеств, Греция и Сербия получали автономию.

Лишь после завершения русско-турецкой войны 1828–1829 гг. можно говорить о том, что решения Бухарестского договора вступили в действие. За годы многолетней борьбы российской дипломатии за исполнение статей этого и последующих договоров Россия последовательно расширяла сферу своего влияния на Балканах, что имело своим источником Бухарестские соглашения, впервые оформившие право Российской империи выступить гарантом создания первых автономных православных государств на Балканах.
 


[1] Международные отношения на Балканах 1815–1830 гг. М., 1983. С. 26.

[2] М.И. Кутузов. Сборник документов. М., 1952. Т. 3. С. 850.

[3] Хрестоматия по истории международных отношений. XIX – начало XX в. М., 2010. С. 48.

[4] Виноградов В.Н. Странная русско-турецкая война (1806-1812) и Бухарестский мир. //Александр I, Наполеон и Балканы. М., 1997. С. 197.

[5] Восточный вопрос во внешней политике России. Конец XVIII – начало XX в. М., 1978. С. 75.

[6] Шапкина А.Н. Полководец М.И. Кутузов и Брестский мир// Российская дипломатия в портретах. М., 1992. С. 132.

[7] Казаков Н.И. Из истории бухарестского мирного договора 1812 года// История СССР. 1967. № 3. С. 126.

[8] Там же. С. 127.

[9] Там же. С. 128.

[10] Цит. по: Гендель Г.М. М.И. Кутузов и Бухарестский мир// Ученые записки Горьковского университета. Вып. 26. Горький, 1954. С. 102.

[11] Цит. по: Фадеев А.В. Бухарестский мир 1812 года и вопрос о кавказских границах//Ученые записки ростовского университета. Т. 21. Вып. 3. Харьков, 1952. С. 83.

[12] Гендель Г.М. Указ. соч. С. 99.

[13] Ксенопол А.Д. Война 1806 – 1812 гг. Бухарестский мир 1812 г.// Колумна. Кишинев, 1991. № 3. С. 58.

[14] Кузнецова Г.А. Дипломатический дебют Александра I. Тильзитский мир// Российская дипломатия в портретах. М., 1992. С. 117.

[15] Цит. по: Муньков Н.П. Кутузов – дипломат. М., 1962. С. 88.

[16] Кудрявцева Е.П. Россия и становление сербской государственности. 1812–1856 гг. М., 2009.

НА ГЛАВНУЮ
подписка на новости портала Архивы России
Помощь (FAQ)
Отправить e-mail в службу поддержки портала Архивы России

© Федеральное архивное агентство, 2012.

 

вверх
 

Федеральное архивное агентство Архивное законодательство Федеральные архивы Региональные архивы Музеи и библиотеки Конференции и семинары Выставки Архивные справочники Центральный фондовый каталог Базы данных Архивные проекты Издания и публикации Рассекречивание Запросы и Услуги Методические пособия Информатизация Дискуссии ВНИИДАД РОИА Архивное образование Ссылки Победа.1941-1945 Архив гостевой книги

© "Архивы России" 2001–2015. Условия использования материалов сайта

Статистика посещаемости портала "Архивы России" 2005–2015

Международный совет архивов Наша Победа. Видеоархив воспоминаний боевых ветеранов ВОВ Сайт 'Вестник архивиста' Рассылка 'Новости сайта "Архивы России"'