АРХИВЫ РОССИИ
новости карта сайта поиск о сайте о сайте
Издания и  публикации
Перечень публикаций

"Смущение в центре губернской твердой власти обостряется"
Документы Госархива Kировской области
о конфликте вятского губернатора С.Д. Горчакова
с вице-губернатором А.Ф. Шидловским. 1907 г.


Опубликовано в журнале
"Отечественные архивы" № 2 (2007 г.)
НА ГЛАВНУЮ
подписка на новости портала Архивы России
Помощь (FAQ)
Отправить e-mail в службу поддержки портала Архивы России

История местного административного управления позднеимперской России представляет собой комплексную научную проблему, изучение которой в последнее десятилетие заметно активизировалось [1]. Интерес к ней объясним современным реформированием этой сферы, поисками путей и форм лучшей организации управленческого аппарата на местах.

Благодатной почвой для разработки указанной темы является рассмотрение конфликтов между влиятельными местными чиновниками. Именно в обострившейся ситуации у сановников, во-первых, ярко проявлялись не только их личные качества, но и реализуемый ими стиль управления. Во-вторых, сам факт их столкновения и, в еще большей степени, ход развития конфликта между ними позволяет ученому выявить особенности механизма функционирования местной администрации.

Находка соответствующих архивных материалов представляется настоящей удачей, поскольку по вполне понятным причинам среди должностных лиц имело место устойчивое стремление "не выносить сор из избы", не фиксировать наличие конфликта на бумаге. Тем не менее одно из таких столкновений в документах отражено, более того, благодаря прессе стало широко известным. Речь идет о конфликте вятского губернатора С.Д. Горчакова [2] и вице-губернатора А.Ф. Шидловского [3]. Представленные вниманию читателей документы выявлены нами в фонде канцелярии вятского губернатора и относятся к 1907 г. [4] Интересны они тем, что проливают свет на отношения губернаторов и вице-губернаторов. До сих пор взаимодействие должностных лиц столь высокого ранга не было предметом специального изучения. Пожалуй, единственное наблюдение на эту тему содержится в мемуарах И.Ф. Kошко. Он написал о наличии в административной системе так называемой "вице-губернаторской болезни", заключавшейся в "половинчатой" подчиненности вице-губернатора: "… назначается он помимо губернатора... Всякие награды и поощрения назначаются ему самим министром без всякого ходатайства или представления его начальника... Kогда губернатор уезжает, а это бывает нередко, управление губернией переходит к вице-губернатору… Но губернатор возвращается, надо отходить на задний план, а сладость первенства уже забыть нельзя, и в этом отхождении на задний план невольно начинаешь чувствовать обиду… Обиженный в душе человек становится особенно придирчивым на обхождение, малейшую, совершенно невольную оплошность старается обратить в серьезную для себя обиду... Да, губернатор мог отдавать вице-губернатору приказания по службе, но, Боже упаси, если они выльются именно в форму приказания, надо покорнейше просить, иначе вы нанесете смертельную обиду…" [5] Перечислив весь комплекс причин, мемуарист подытожил: "У губернаторов с вице-губернаторами отношения вообще преимущественно натянутые, и исключения чрезвычайно редки" [6]. Публикуемые документы подтверждают наблюдения И.Ф. Kошко, позволяют проникнуть в непростые взаимоотношения высшей губернской администрации.

Не раскрывая здесь претензий двух крупных администраторов друг к другу (об этом лучше всего расскажут документы), отметим важную особенность описываемой ситуации - непосредственное участие в ней центральных и местных средств массовой информации, к которым апеллировали враждующие стороны. Следует также обратить внимание на весьма оперативную реакцию центрального аппарата МВД на газетную публикацию, затрагивавшую честь "ведомственного мундира". Анонимная статья о непорядках в Вятской губернии была опубликована в столичной газете "Русь" [7] 15 сентября 1907 г., а уже 18 сентября министерство потребовало у губернатора разъяснений по содержавшимся в ней фактам. Показательна и реакция главы губернии, который наряду с использованием традиционного для российской бюрократической системы канала обеления себя перед начальством и выяснения личности автора скандальной публикации (внутреннее служебное расследование и развернутая докладная записка на имя министра) счел возможным самому обратиться в газету с опровержением и изложением собственного видения ситуации. Наконец, примечательно подключение к разгоравшемуся публичному конфликту сотрудников местных периодических изданий (как официозного "Вятского вестника", так и левого "Вятского края" [8]), перепечатавших обе статьи.

Можно констатировать, что конфликт двух чиновников вышел за рамки внутрибюрократического, стал гласным именно благодаря прессе. Пристальное внимание к газетным публикациям со стороны должностных лиц объяснялось заинтересованностью в формировании выгодного для себя лично и для ведомства в целом общественного мнения. Все это наглядно иллюстрирует принципиально новую для страны ситуацию, сложившуюся в ходе революции 1905-1907 гг. и заключавшуюся в выходе на арену российской действительности одного из институтов гражданского общества - прессы. В позднеимперских условиях любое влиятельное должностное лицо, даже испытывая искреннее негодование по поводу предания гласности тех или иных фактов скрытой от посторонних глаз деятельности госаппарата, все же не могло игнорировать их опубликование, а значит, было вынуждено учитывать позицию общественности при выборе собственной линии поведения.

В выдвинутых против губернатора обвинениях речь шла не о каких-то экстраординарных злоупотреблениях служебным положением, а о таких вещах, которые к началу XX в. повсеместно практиковались губернскими чиновниками. Иными словами, был поднят вопрос о необходимости искоренения недостатков в деятельности администрации, с которыми центральная власть давно примирилась и как бы не замечала. Появление газетных публикаций заставило МВД реагировать на происходящее. В Вятку был направлен ревизор. Однако в центре его внимания оказались не изложенные в анонимной статье факты, а поиски ее автора. Столичным чиновником Е.Андреевским в этом направлении была проведена большая работа. Проанализировав случаи "неправильного" отношения вице-губернатора к губернатору, сведения об ответных действиях последнего, мнения лиц об их сложных взаимоотношениях, проверяющий составил записку. Прямых доказательств авторства вице-губернатора выявлено не было, но совокупность собранных улик указывала на Шидловского, который выводы комиссии не оспаривал, хотя имел на это право. Его наказали, переведя в другую губернию [9]. Главным для власти в этом конфликте была не проверка фактов, а защита интересов чиновничьей корпорации от вмешательства представителей гражданского общества, что является серьезным показателем кризиса власти в позднеимперской России.

В заключение отметим, что для губернатора, отличавшегося упрямым характером и отсутствием дипломатических качеств, испытания публичной критикой на этом отнюдь не закончились. Он сумел убрать из своего окружения неугодного ему администратора, но так и не смог заставить замолчать журналистское сообщество, даже ту его часть, которая работала на подконтрольной ему территории [10].

Вступительная статья, подготовка текста к публикации и комментарии С.В. ЛЮБИЧАНKОВСKОГО.

[1] См., напр.: Зырянов П.Н. Социальная структура местного управления капиталистической России (1861-1914 гг.) // Исторические записки. М., 1982. Т. 107. С. 226-302; Шумилов М.М. Губернская администрация и органы центрального управления России во второй половине XIX в.: Учеб. пособие к спецкурсу. Л., 1988; Губернаторство в России: история, современность и перспективы // Вестник Московского университета. Серия 12. Политические науки. М., 1996. № 3. С. 3-21; Лаптева Л.Е. Региональное и местное управление в России (вторая половина XIX в.). М., 1998; Лысенко Л.М. Губернаторы и генерал-губернаторы Российской империи (XVIII - начало XX в.). М., 2001; Реент Ю.А. Общая и политическая полиция России (1900-1917 гг.). Рязань, 2001; Любичанковский С.В. Губернское правление в системе губернаторской власти в последнее десятилетие существования Российской империи (на материалах Урала). Екатеринбург, 2003; Богатырева О.Н. Эволюция системы местного управления в Вятской и Пермской губерниях (1861 - февраль 1917). Екатеринбург, 2004; Ремнев А.В. Россия Дальнего Востока. Имперская география власти XIX - начала XX в. Омск, 2004; Любичанковский С.В. Структурно-функциональный подход к истории местного управления Российской империи (1907-1917 гг.). Оренбург, 2005.

[2] Горчаков Сергей Дмитриевич (1861-1927) - князь, церемониймейстер. Выпускник Московского университета. Служил земским начальником, уездным предводителем дворянства, херсонским вице-губернатором. Вятский губернатор в 1906-1909 гг. В 1909 г. переведен губернатором в Kалугу.

[3] Шидловский Александр Федорович (ок. 1870-?) - статский советник. Выпускник Николаевского кавалерийского училища. Вятский вице-губернатор в 1906-1907 гг.

[4] Государственный архив Kировской области (ГАKО). Ф. 582. Оп. 148. Д 371.

[5] Kошко И.Ф. Воспоминания губернатора (1905-1914). Новгород - Самара - Пенза. Пг., 1916. С. 140-141.

[6] Там же.

[7] "Русь" - ежедневная газета либерального (кадетского) направления, выходила в Петербурге с декабря 1903 по 1905 г., затем с перерывом в 1906-1908 гг.

[8] "Вятский вестник" - приложение к газете "Вятские губернские ведомости" в 1899-1904 гг. Орган, отражавший официальную позицию местной администрации. "Вятский край" - общественно-политическая, экономическая и литературная газета, частное периодическое издание, возникшее в 1895 г. В одной из передовых статей периода Первой русской революции отношение к существующему режиму определено следующим образом: "Мы признаем русскую государственность, готовы защищать ее, способствовать упрочению государства, но государства народного, демократического, а не чиновничьей олигархии. Эта олигархия чужда культурных целей, которые только и могут дать жизнь и развитие народу. Она несет с собой смерть, подчинение ей означает застой и гибель..." (Вятский край. 1906. 5 сентября. № 24. С. 2.)

[9] См. записку "Выводы, сделанные тайным советником Е.Андреевским по делу о столкновениях между вятским губернатором кн. Горчаковым и вятским вице-губернатором Шидловским" от 26 октября 1907 г. (Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 1284. Оп. 47. Д. 63. Л. 68-78 об.)

[10] Так, например, в 1908 г. массовые публикации сведений в газете "Вятская речь" о том, как по распоряжению С.Д. Горчакова в уездах губернии проводилась жестокая кампания по "выколачиванию" из населения недоимок, сопровождаемая показательными экзекуциями крестьян-неплательщиков, побудили депутатов Государственной думы инициировать соответствующий запрос правительству. (Подробнее об этом см.: Сергеев В.Д. "Вятский запрос" в III Государственной думе // Из истории Вятского края: Сб. науч. ст. Kиров, 1997. С. 32-36.)

вверх

№ 1
Анонимная статья "Как управляют губернией", опубликованная в газете "Русь"

15 сентября 1907 г.

Нам уже приходилось говорить об управлении Вятской губернией кн. Горчаковым еще в период выборов во 2-ю Г[осударственную] думу. Твердая власть, проявленная этим администратором, в свое время обратила внимание Министерства внутренних дел, результатом чего явилась командировка г[осподина] Звягинцева[1] в Вятскую губернию.

В настоящее время нам сообщают из Вятки небезынтересные факты, характеризующие твердую власть вообще, кн. Горчакова в частности, и общую ценность чрезвычайной охраны[2], на положении которой объявлена чуть ли не вся Россия.

В конце августа князь Горчаков уехал на охоту к богатым купцам Вахрушевым, где проохотился три дня. Уезжая, кн. Горчаков даже и не подумал о сдаче губернии вице-губернатору, что он обязан был сделать[3]. При отъезде кн. Горчаков словесно заявил правителю канцелярии, что если случится что-нибудь важное - отложить до его приезда (!). В канцелярии произошло смущение. В тот же день правитель канцелярии запросил по телефону вице-губернатора, присылать ли ему для просмотра почту. И тут только вице-губернатор узнал, что губернатор уехал, оставив все дела на произвол судьбы. Губерния осталась без хозяина, однако, насколько мы знаем, в эти дни в губернии ничего не изменилось и все шло своим чередом.

На другой день отъезда губернатора, из Петербурга от министра внутренних дел была получена телеграмма, извещавшая об объявлении Сарапульского уезда на положении чрезвычайной охраны. Вице-губернатор, как человек нерешительный, не знал, что делать, так как, не получив официально управление губернией, он, не нарушая долга службы, не мог действовать самостоятельно.

Смущение в центре губернской твердой власти обостряется.

K вечеру этого дня вице-губернатор пишет частное письмо к кн. Горчакову, где приводит текст полученной телеграммы и сообщает, что он затрудняется делать какие-либо распоряжения впредь до получения ответа от него ввиду того, что губерния ему не сдана.

В то же время было решено послать телеграмму в Пермь подполковнику барону Врангелю с предложением, не согласится ли он принять на себя обязанности главноначальствующего. K вечеру был получен ответ от полковника барона Врангеля с категорическим отказом ввиду того, что он единственный штаб-офицер в полку, а потому он не может выехать из Перми.

На другой день, наконец, возвратился с охоты кн. Горчаков. Объявление на положении чрезвычайной охраны Сарапульского уезда подсказывало кн. Горчакову проявить какие-либо чрезвычайные меры. В других губерниях, как водится, губернаторы издают обязательные постановления, указывающие жителям те рамки, в которых они должны пребывать[4]. Kн. Горчаков, как губернатор исключительный, пошел и исключительной дорогой. Ввиду того, что указ Сената об объявлении Сарапульского уезда не получен, обязательного постановления не нужно, а вместо этого губернатор возбудил ходатайство о подчинении Сарапула особо назначенному лицу. На первый взгляд казалось бы по крайней мере непонятным, что за интерес губернатору уменьшать свою компетенцию, подчиняя Сарапул особому лицу, когда прямой путь без всяких ходатайств издать просто обязательное постановление. Ларчик открывался просто. В губернаторском доме, с самого приезда в Вятку кн. Горчакова, проживает сверхштатный чиновник особых поручений граф де Рошефор[5], которого кн. Горчаков выводит в люди, - для него и предназначено управление гор. Сарапулом. Kраткая биография этого графа такова: юноша 28 лет, был раньше прапорщиком запаса, ведет рассеянный образ жизни, известен в г. Вятке своими похождениями, о которых весьма заставляет говорить.

Графу де Рошефору не чужда и литературная деятельность. Гр. де Рошефор подписал своей фамилией брошюру "Где правда?", которая составлена Б.И. Садовским, секретарем губернского по земским и городским делам присутствия[6]. Эта брошюра в свое время обратила особое внимание министра внутренних дел П.А. Столыпина и вручена была Звягинцеву перед поездкой его в Вятку. Вот этому-то сверхштатному чиновнику 28 лет и предполагается вручить управление Сарапулом.

Однако этого мало. В то время, как по губернии начались избирательные съезды, надвигается холера, один из уездов объявляется на положении чрезвычайной охраны, кн. Горчаков 4 сентября уехал в Глазов официально для ревизии, частно же - на охоту. За поездку князем выписано в аванс 1000 рублей.

Такова твердая и попечительная власть, без коей порядок на Руси так невозможен.

ГАKО. Ф. 582. Оп. 148. Д. 371. Л. 4-5. Типогр. экз.; Русь. 1907. 15 сентября. № 245. С. 2-3.

вверх

№ 2
Приказание вице-директора департамента общих дел МВД
[7] вятскому губернатору С.Д. Горчакову
о необходимости информирования министра внутренних дел по изложенным в анонимной статье фактам

18 сентября 1907 г.

№ 321

Его сиятельству князю С.Д. Горчакову
в собственные руки. Вятка.
Совершенно доверительно

Милостивый государь, князь Сергей Дмитриевич!

В номере от 15 сего сентября газеты "Русь" помещена статья под заглавием "Kак управляют губернией". В статье этой, между прочим, говорится, что в конце августа Вы, уехав из Вятки на три дня на охоту, не передали, будто бы, на это время управления губернией вице-губернатору, чем было вызвано замешательство среди губернской администрации, особенно при получении в Ваше отсутствие извещения из Петербурга об объявлении Сарапульского уезда на положении чрезвычайной охраны. Затем, в той же статье сообщается, что, отправившись 4 сентября на ревизию в г. Глазов, Вы, будто бы, выписали на эту поездку авансом 1000 рублей.

Г[осподин] министр поручил мне просить ваше сиятельство сообщить для доклада его высокопревосходительству сведения по настоящему предмету.

Примите уверение в совершенном моем уважении и искренней преданности.

За директора, вице-директор департамента общих дел МВД(1)

ГАKО. Ф. 582. Оп. 148. Д. 371. Л. 6. Подлинник.

вверх

№ 3
Письмо вятского губернатора С.Д. Горчакова
в редакцию газеты "Русь"

20 сентября 1907 г.

№ 9198

Милостивый государь, господин редактор!

На основании 138-й ст[атьи] прав[ил] о ценз[уре] [8] прошу Вас напечатать в одном из ближайших нумеров редактируемой Вами газеты следующее опровержение на заметку, помещенную в № 245 газеты "Русь" от 15 сего сентября[9].

Оставляя обычно без всяких возражений многочисленные, направленные против меня, как губернатора, нападки и инсинуации так называемых прогрессивных газет, я не считаю возможным обойти молчанием вышеназванную статью уже потому, что исходит она не из левого лагеря, имеющего слишком мало оснований быть мною довольным, а принадлежит перу близко стоящего ко мне по служебным отношениям лица, исповедующего, несомненно, одинаковые со мною политические принципы.

K изложенному, крайне безотрадному убеждению, приводят меня те имеющиеся в статье подробности, которые могли быть известны лишь самому ограниченному кругу приближенных ко мне по службе лиц. Сама статья, отнюдь не обличая моей служебной деятельности, носит характер грязного доноса, в каждой строке, в каждом слове которого слышится вопль уязвленного самолюбия.

В своем доносе неизвестный, но, вне всякого сомнения, хорошо знакомый мне автор выставляет против меня целый ряд обвинительных пунктов, на которые и постараюсь дать подробные объяснения.

Донос гласит: "В конце августа князь Горчаков уехал на охоту к богатым купцам Вахрушевым, где проохотился три дня. Уезжая, князь Горчаков даже и не подумал о сдаче губернии вице-губернатору, что он обязан был сделать".

Прежде всего, ездил я не к богатым купцам Вахрушевым, а к господину Лесникову, и не на три, а на два праздничных дня - 29 и 30 августа. Уезжая за несколько верст от города Вятки в имение господина Лесникова, к тому же соединенное с городом телефоном, я не видел ни малейших оснований передавать управление губернией вице-губернатору, который и сам был бы ни мало удивлен подобным моим распоряжением, тем более что никакой закон не обязывает губернатора, отъезжающего на короткий срок в окрестности губернского города, слагать с себя губернаторские полномочия. Перед отъездом своим к г[осподину] Лесникову я действительно отдавал правителю канцелярии распоряжение - более важные дела оставить до моего возвращения, и это, более чем естественное распоряжение, не могло, конечно, вызвать в канцелярии ни малейшего смущения. Правитель канцелярии П.Н. Шкляев не помнит, чтобы ему приходилось обращаться по телефону к вице-губернатору с вопросом - нужно ли отсылать последнему на просмотр почту.

Находясь в ближайших окрестностях, я ни на одну минуту не оставлял губернии на произвол судьбы, лучшим доказательством чего служит следующий факт: на другой день после моего отъезда из Петербурга, от Министерства внутренних дел была получена телеграмма, извещавшая об объявлении Сарапульского уезда на положении чрезвычайной охраны. Телеграмма эта в тот же день, при частном письме вице-губернатора, была мне доставлена, и я, написав на том же письме телеграмму(2), набросав телеграмму подполковнику барону Врангелю, немедля вернул всю переписку при письме вице-губернатору для точного исполнения.

Тут не может быть места вопросу о степени нерешительности или распорядительности вице-губернатора, не приняв управления губернией, вице-губернатор и не мог действовать самостоятельно, да в этом и не было никакой необходимости, так как, повторяю, вызванный по телефону, я мог в любой момент прибыть в Вятку.

Kстати, по поводу частного письма ко мне вице-губернатора, считаю не лишним высказать терзающие меня сомнения: каким путем содержание этого письма могло стать достоянием автора доноса?

Получив и прочитав означенное письмо, я ни с кем не поделившись его содержанием, набросал на его обороте надлежащее распоряжение и, тщательно запечатав в новый конверт, сейчас же с нарочным отправил его вице-губернатору, показал это письмо своему чиновнику особых поручений графу де Рошефор и тут же его разорвал, ни с кем не поделившись его содержанием.

Далее в доносе следует уже явная нелепица: автор утверждает, что объявление Сарапульского уезда на положении чрезвычайной охраны будто бы подсказало мне проявить какие-то чрезвычайные меры, выразившиеся в том, что я, воздержавшись от немедленного издания особых обязательных для Сарапульского уезда [постановлений], и вместе с тем будто бы возбудил перед Министерством внутренних дел ходатайство о подчинении Сарапульского уезда особо назначенному лицу. Договорившись до подобного абсурда, автор глубокомысленно останавливается над вопросом: "Что за интерес губернатору уменьшать свою компетенцию, подчиняя Сарапул особому лицу?" И тут же на нелепый вопрос дает и не менее нелепый ответ. "Ларчик, - говорит автор, - открывался просто. В губернаторском доме, с самого приезда в Вятку кн. Горчакова, проживает сверхштатный чиновник особых поручений граф де Рошефор, которого кн. Горчаков выводит в люди, - для него и предназначено управление гор. Сарапулом".

Граф Н.Н. де Рошефор, которого я знаю, чуть ли не с самых ранних детских лет, действительно проживает в моем доме, но о кандидатуре его на пост особоуполномоченного лица по Сарапульскому уезду никогда и речи не было. Наконец, самое учреждение означенной должности последовало не по моему ходатайству, а в силу непосредственного министерского распоряжения.

Воздержание мое от немедленного, по получении министерской телеграммы, издания для Сарапульского уезда обязательных постановлений основано не на желании проявить себя чем-то особенным, а лишь на точном смысле закона (Собрание узаконений, № 18, ст. 165, 1885 г.), по которому каждый закон восприемлет свою силу и должен быть прилагаем к делам со дня получения на месте листов "Собрания узаконений и распоряжений правительства", в коем он пропечатан, а потому все мои постановления, изданные до получения указа Сената как преждевременные, были бы незаконны.

Донос заканчивается излиянием скорби по поводу того, что "в то время, как по губернии начались избирательные съезды, надвигается холера, один из уездов объявляется на положении чрезвычайной охраны, кн. Горчаков 4 сентября уехал в Глазов официально для ревизии, частно же - на охоту. За поездку князем выписано в аванс 1000 рублей".

В опровержение этой последней лжи, опираясь на официальные данные, могу сообщить, что мною за время служебных поездок по губернии за последние 1,5 месяца сделано 3857 верст[10], причем было обревизовано: 16 волостных правлений, 6 отрядов полицейской стражи, делопроизводство пятерых земских начальников, по закону 9 ноября о землеустройстве, выходе из общины[11], 6 земских больниц, а в промежутках служебной деятельности, каюсь, убито пять бекасов. (См. два моих приказа по ревизии, напечатанные в сентябре в "Губернских ведомостях", ст. 184 и 388 "Свода законов…", т. 2.)

Прогонов выписано мною не 1000, а 1180 руб. Предоставляю досужему читателю, знакомому с путевым довольствием губернаторов, заняться решением несложной арифметической задачи - насколько приведенная сумма отвечает как уже совершенной мною, так равно и предполагаемым в самом непродолжительном будущем дальнейшим, на расстояние более 1000 верст, служебным поездкам по губернии[12].

Примите уверение в совершенном почтении.
И[справляющий] д[ела] вятского губернатора,
церемониймейстер двора его величества князь
С.Горчаков

ГАKО. Ф. 582. Оп. 148. Д. 371. Л. 1-3 об. Подлинник.

вверх

№ 4
Письмо министра внутренних дел П.А. Столыпина вятскому губернатору С.Д. Горчакову
о направлении чиновника для выяснения причин конфликта

7 октября 1907 г.

Его сиятельству князю С.Д. Горчакову. Вятка.
Совершенно доверительно
В собственные руки

№ 340

Милостивый государь, князь Сергей Дмитриевич!

Не находя, по обстоятельствам настоящего времени, возможным разрешить Вам отъезд из пределов вверенной Вам губернии, я поручил состоящему при министре внутренних дел тайному советнику Андреевскому[13] отправиться в Вятку для выяснения на месте тех данных, кои послужили для Вас основанием к заявлению в печати об участии лица, близко стоящего к Вам по службе, в сообщении в газету "Русь" сведений, касающихся Вашей служебной деятельности.

Прошу ваше сиятельство оказать содействие тайному советнику Андреевскому в исполнении возложенного на него мною настоящего поручения.

Примите уверения в совершенном моем уважении и преданности.

П.Столыпин

ГАKО. Ф. 582. Оп. 148. Д. 371. Л. 11. Подлинник.

вверх

№ 5
Служебная записка вятского вице-губернатора
А.Ф. Шидловского губернатору С.Д. Горчакову о необходимости отправки записки министру внутренних дел
(3)

11 октября 1907 г.

Его сиятельству князю С.Д. Горчакову,
и.д. вятского губернатора
Лично

№ 412

Прилагая при сем докладную записку, адресованную на имя г[осподина] министра внутренних дел[14] и номера 210 и 213 газет "Вятского вестника" и "Вятского края", упомянутых в ней, прошу ваше сиятельство представить записку с приложениями по назначению[15].

Вице-губернатор А.Шидловский

г. Вятка

ГАKО. Ф. 582. Оп. 148. Д. 371. Л. 12. Автограф.

вверх

№ 6
Докладная записка вятского вице-губернатора А.Ф. Шидловского
министру внутренних дел П.А. Столыпину
о непричастности к анонимному письму в газету

11 октября 1907 г.

Его высокопревосходительству министру внутренних дел

В номере 245 газеты "Русь" от 15 сентября появилась корреспонденция "Как управляют губернией" с изложением сведений о деятельности вятского губернатора князя Горчакова. В номере 256 той же газеты было напечатано "Письмо в редакцию", подписанное князем Горчаковым, в котором он открыто [узнал] в сообщении корреспонденции лицо, близко стоящее к нему по служебным отношениям, так как имеющиеся в ней подробности, по его мнению, могли быть известны самому ограниченному кругу лиц из его приближенных; далее уже прямо указывается, что лицо это - вице-губернатор, т.е. я, так как частное письмо, ему посланное, было известно только ему и графу де Рошефор.

Считаю долгом доложить, что телеграмма об объявлении Сарапульского уезда в положении чрезвычайной охраны из Петербурга была получена мной в присутствии полицмейстера, бывшего у меня с докладом; при нем я написал копию телеграммы с припиской: "Так как губерния мне вашим сиятельством не сдана, то я затрудняюсь делать какие-либо распоряжения до получения соответствующих указаний"; вручив пакет полицмейстеру, я просил его нарочным послать губернатору, местонахождение которого мне не было известно, а знал о нем лишь полицмейстер. О таком обращении к губернатору в тот же день и на другой я говорил чиновникам, являющимся ко мне с вопросом: "Где князь и скоро ли он вернется?", говорил и другим лицам. Полученный на другой день ответ от губернатора с просьбой телеграфировать подполковнику барону Врангелю вручил мне полицмейстер. Распечатав и прочитав письмо, я передал его полицмейстеру для немедленной передачи в канцелярию губернатора для исполнения. Полученный ответ бар[она] Врангеля об отказе принять обязанности главноначальствующего послан был мною также в канцелярию губернатора; на другой день об отказе бар[она] Врангеля было напечатано в местных газетах.

О предполагавшемся назначении уполномоченным по Сарапульскому уезду сверхштатного чиновника для поручений гр. де Рошефор и даже о близком назначении его вице-губернатором говорилось в обществе; рассказывал об этом и сам гр. де Рошефор; значит, об этом знал не только я один.

Что брошюра "Где правда?" составлена была Б.И. Садовским, секретарем губернского по земским и городским делам присутствия, а не гр. де Рошефор, подписавшим только свою фамилию, знал и губернатор, знали и многие лица в Вятке, кроме меня.

В номере 210 официозной местной газеты "Вятский вестник" от 5 октября, во время управления мной губернией за отсутствием губернатора в течение 10 дней, были напечатаны статья из "Руси" "Kак управляют губернией" и "Письмо в редакцию", напечатанное в той же "Руси". Появление того и другого в одном номере этой газеты, получаемой весьма многими правительственными и частными учреждениями и лицами в губернии, было сделано с очевидной целью дискредитировать меня среди лиц, подчиненных мне по службе, а также имеющих со мной какие-либо служебные или частные сношения.

В номере 213 "Вятского края", местной газеты левого направления, имеющей обширный круг читателей в среде общества, недовольного правительством, как раз почти за неделю до созыва губернского избирательного собрания в г. Вятке, все это было перепечатано из "Вятского вестника". Всякое же дело, набрасывающее малейшую тень на лиц, занимающих высокое административное положение, а в данном случае широко распространенное "Письмо в редакцию" "Руси" кн. Горчакова, бросающее тень на его ближайшего помощника по управлению губернией, несомненно, сыграет свою роль в духе, желательном левому лагерю.

Обозначенные номера местных газет при сем представляются. Самое предположение кн. Горчакова обо мне, как об авторе корреспонденции "Kак управляют губернией" на страницах газет левого направления, я считаю [в] высокой степени оскорбительным для меня как человека противоположных убеждений и русского дворянина, так и чиновника, занимающего высокий административный пост. В целях достижения закономерности я обладаю вполне законным путем, не прибегая для этого к услугам левых газет и вообще печати. Я не считаю достойным своего служебного положения путем печати искать защиты чести, поруганной в ней моим прямым начальником, князем Горчаковым.

В заключение имею честь доложить вашему высокопревосходительству, что в деле появления на страницах газеты "Русь" [статьи] "Kак управляют губернией" я не причастен.

Ходатайствую, не признаете ли возможным назначить уполномоченное Вами лицо для выяснения истины и сложения с меня тяжелого обвинения во лжи [и] доносе в печати, брошенного в меня князем Горчаковым только на основании одного предположения, тем путем, который признан будет вашим высокопревосходительством приличным и совместимым по отношению лиц, занимающих высокое служебное положение.

Вице-губернатор А.Шидловский

г. Вятка

ГАKО. Ф. 582. Оп. 148. Д. 371. Л. 13-14. Автограф.



[1] Звягинцев И.А. - тайный советник, командированный в Вятскую губернию министром внутренних дел П.А. Столыпиным весной 1907 г. "для проверки... жалоб на примененные... административные взыскания к некоторым общественным деятелям и частным лицам" (РГИА. Ф. 1284. Оп. 47. 1906 г. Д. 63. Л. 7.)

[2] Основными законами по охране государственного порядка и общественной безопасности в рассматриваемый период являлись "Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия" и дополнение к нему -"Положение о полицейском надзоре, учреждаемом по распоряжению административных властей" от 14 августа 1881 г. Согласно этим законам, на местах могла быть введена временно (на три года) Kомитетом министров "для водворения полного спокойствия и искоренения крамолы" одна из двух стадий так называемого "исключительного положения": усиленной или чрезвычайной охраны. Особое распространение чрезвычайная охрана получила в годы Первой русской революции. (Свод законов Российской империи. Т. 14. Свод уставов о предупреждении и пресечении преступлений (изд. 1890 г.). Прил. 1 и 2 к ст. 1 // СЗРИ. Издание неофициальное: В 5 кн. СПб., 1913. Kн. 5. Т. 14. С. 122-130.)

[3] Ст. 267-268 "Общего Учреждения Губернского" (изд. 1892 г.), действовавшего в рассматриваемый период, закрепляли правило, согласно которому "в случае болезни, отсутствия или увольнения губернатора должность его поручается вице-губернатору... Заступающий место губернатора отправляет должность его на том же основании, как и сам губернатор. Но когда губернатор, не оставляя пределов губернии, находится в отсутствии только из губернского города... то он не почитается отсутствующим из губернии и не устраняется от участия в делах... заступающий его должность, в случае сомнения или разногласия с советниками Губернского правления, оставляет дело до возвращения губернатора, если отлучка не долговременна, а если продолжительна, то отсылает к нему на разрешение". (Там же. СПб., 1912. Kн. 1. Т. 2. С. 25-26.)

[4] На основании Положения Kомитета министров от 13 июля 1876 г. губернаторы получили право для "правильного исполнения узаконений о благочинии и безопасности" издавать так называемые "обязательные постановления". В законе было сказано, что их исполнение являлось обязательным "для всех находящихся в той местности... постановления сии сохраняют свою силу впредь до их изменения или отмены в установленном порядке" (ст. 422 "Общего Учреждения Губернского"). Оговаривалось, что частные лица и общественные учреждения могут приносить на обязательные постановления жалобы, но "подача жалобы не освобождает... от обязанности исполнения" изданного постановления (ст. 427). (Там же. С. 47-48; ПСЗ-2. СПб., 1878. Т. LI. Отд. 2. № 56203.)

[5] Рошефор Н.Н. де - граф, сверхштатный чиновник по особым поручениям при вятском губернаторе.

[6] Речь идет о брошюре: Де Рошефор Н. "Где правда?" (Вятка, б.г). После ее выхода в свет в газете "Русь" появилась приведенная выше анонимная статья (см. док. № 1), в которой сообщалось, что местная молва приписала авторство работы Борису Ивановичу Садовскому, секретарю Вятского губернского по земским и городским делам присутствия. Испугавшись, что его сочтут анонимщиком, он направил 23 сентября 1907 г. в газету опровержение следующего содержания: "В официальных сферах и обществе циркулируют слухи, что я автор помещенной в № 245 статьи о вятском губернаторе князе Горчакове. Глубоко возмущенный такого рода инсинуацией, как подчиненный князя Горчакова, не имея ничего общего с автором статьи и не зная ее происхождение, убедительнейше прошу не отказать напечатать… настоящее мое обращение и удостоверить, что я не автор означенной статьи. Борис Садовский". Газета удовлетворила просьбу корреспондента. (ГАKО. Ф. 582. Оп. 148. Д. 62. Л. 35.)

[7] Департамент общих дел МВД заведовал личным составом министерства, отчетностью по всему министерству, а также делами, не имеющими отношения к определенному департаменту или управлению, а также подлежащими непосредственному разрешению министра.

[8] В годы Первой русской революции произошли значительные изменения в области цензуры, которые были зафиксированы следующими основными нормативно-правовыми актами: Именной высочайший указ, данный Сенату "О временных правилах о повременных изданиях". 1905. 24 ноября (ПСЗ-3. Т. XXV. № 26962); Именной высочайший указ, данный Сенату "Об изменении и дополнении временных правил о периодической печати". 1906. 18 марта (там же. Т. XXVI. № 27574); Именной высочайший указ, данный Сенату "О временных правилах для неповременной печати". 1906. 26 апреля (там же. № 27815). Они предусматривали отмену запрета на обсуждение в печати действий каких-либо конкретных должностных лиц и государственных учреждений. Одновременно напечатавшие подобные статьи издания были обязаны помещать на своих страницах направленные в их адрес опровержения или возражения. Иначе говоря, формировалась новая культура управления, включавшая такой важный элемент, как потребность обращения в средства массовой информации, необходимость знакомства с публиковавшимися в них материалами и умение на них реагировать.

[9]Письмо С.Д. Горчакова опубликовано в газете "Русь" 30 сентября 1907 (№ 256) под заголовком "Письмо в редакцию".

[10] Около 8300 км.

[11] Имеется в виду указ о раскрепощении общины от 9 ноября 1906 г. (ПСЗ-3. СПб., 1909. Т. XXVI. Отд. 1. № 28528.)

[12] Согласно нормам того времени, оплата транспортных расходов командируемым по служебным делам чиновникам измерялась в так называемых "лошадиных прогонах" и зависела от чина и должности командированного. Губернатору полагалось прогонов на двенадцать лошадей. Подобная система создавала простор для финансовых злоупотреблений, о чем писали современники. Так, в воспоминаниях видного уфимского общественного деятеля С.Р. Минцлова, служившего в начале XX в. в системе местного управления, отмечалось, что уфимский губернатор П.П. Башилов "носился по губернии, ревизуя земских начальников и съезды... И несмотря на то, что загребал за проезд бешеные деньги, никогда не платил ни гроша ни за поездки, ни за остановки в гостиницах". (Минцлов С.Р. Дебри жизни. Дневник 1910-1915 гг. Урал, Новгород, Малороссия. Берлин, б.г. С. 178.) По свидетельству служащего цензурного комитета А.Сидорова, киевский генерал-губернатор В.А. Сухомлинов (будущий военный министр империи в 1909-1915 гг.) "нередко… предпринимал служебные поездки по краю, обходившиеся ему очень дешево и дававшие солидные "прогонные" и "суточные"". (Сидоров А. В Kиеве (1904-1909) // Голос минувшего. 1918. № 4-6. С. 226.)

[13] Андреевский Е. - тайный советник, командированный в Вятскую губернию министром внутренних дел П.А. Столыпиным осенью 1907 г. для выяснения авторства анонимной статьи в газете "Русь" и причин конфликта губернатора С.Д. Горчакова с вице-губернатором А.Ф. Шидловским. (РГИА. Ф. 1284. Оп. 47. 1906 г. Д. 63. Л. 26, 68-78 об.)

[14] Согласно ст. 563 "Общего Учреждения Губернского" (изд. 1892 г.), вице-губернатор, как служащий губернского правления, мог вести переписку с министрами только через губернатора. (СЗРИ. СПб., 1912. Kн. 1. Т. 2. С. 67.)

[15] Записка была передана губернатором С.Д. Горчаковым в МВД 16 октября 1907 г., № 10436. (ГАKО. Ф. 582. Оп. 148. Д. 371. Л. 15.) Подлинник хранится в фонде департамента общих дел МВД. (РГИА. Ф. 1284. Оп. 47. 1906 г. Д. 63.) Публикуемая копия полностью повторяет текст подлинника.


(1) Подпись неразборчива.

(2) Здесь и далее курсивом выделен текст, вычеркнутый губернатором и не вошедший в опубликованную в газете статью.

(3) См. док. № 6.


вверх
 

Федеральное архивное агентство Архивное законодательство Федеральные архивы Региональные архивы Музеи и библиотеки Конференции и семинары Выставки Архивные справочники Центральный фондовый каталог Базы данных Архивные проекты Издания и публикации Рассекречивание Запросы и Услуги Методические пособия Информатизация Дискуссии ВНИИДАД РОИА Архивное образование Ссылки Победа.1941-1945 Архив гостевой книги

© "Архивы России" 2001–2015. Условия использования материалов сайта

Статистика посещаемости портала "Архивы России" 2005–2015

Международный совет архивов Наша Победа. Видеоархив воспоминаний боевых ветеранов ВОВ Сайт 'Вестник архивиста' Рассылка 'Новости сайта "Архивы России"'