АРХИВЫ РОССИИ
новости карта сайта поиск о сайте о сайте
Издания и публикации
Перечень публикаций

KРИТИKА И БИБЛИОГРАФИЯ

Идеологические комиссии ЦК КПСС. 1958-1964: Документы.
Аппарат ЦК КПСС и культура. 1953-1957: Документы.
"А за мною шум погони…" Борис Пастернак и власть. 1956-1972 гг.: Документы.
Аппарат ЦК КПСС и культура. 1958-1964: Документы. М.


Опубликовано в журнале
"Отечественные архивы" № 3 (2006 г.)
НА ГЛАВНУЮ
подписка на новости портала Архивы России
Помощь (FAQ)
Отправить e-mail в службу поддержки портала Архивы России

Идеологические комиссии ЦК КПСС. 1958-1964: Документы. М.: РОССПЭН, 1998. - 552 с. - 2000 экз. (Сер.: Культура и власть от Сталина до Горбачева: Документы); Аппарат ЦК КПСС и культура. 1953-1957: Документы. М.: РОССПЭН, 2001. - 807 с. - 1000 экз.; "А за мною шум погони…" Борис Пастернак и власть. 1956-1972 гг.: Документы. М.: РОССПЭН, 2001. - 432с. - 1000 экз.; Аппарат ЦК КПСС и культура. 1958-1964: Документы. М.: РОССПЭН, 2005. - 871 с. - 1000 экз.

Многолетнее сотрудничество Росархива с Рурским университетом в Бохуме (ФРГ) было весьма плодотворным. Институт русской и советской культуры им. Ю.М. Лотмана и Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ) выпустили в свет в 1998-2005 гг. несколько документальных сборников под общим заглавием "Культура и власть от Сталина до Горбачева". Это масштабный проект, задачей которого является раскрытие содержания и особенностей важнейшего этапа советской истории и культурной политики, всегда привлекавшего внимание отечественных и зарубежных ученых. Безусловно, исследователи оценят как идею в целом, так и содержание обнародованных документов, где отражены все перипетии и драматические коллизии проблемы "творческая личность и власть".

Как видно из названий сборников, в центре внимания публикаторов два субъекта исторического процесса: властный партийно-государственный механизм и творческая элита, пытавшаяся пересматривать и ставить под сомнение обозначенные границы возможностей функционирования культуры. После смерти Сталина - одного из величайших диктаторов в мировой истории у культурной элиты появилась надежда разрушить идеологические табу, жестко скреплявшие ее личную свободу и свободу творчества, желание изменить сталинскую модель советской культуры и сделать необратимой ее либерализацию. В первую очередь, сам процесс взаимодействия художественной элиты и власти раскрывает содержание и смысл эпохи десталинизации. Специфический характер взаимоотношений культуры и власти, их обоюдное влияние, прямое или косвенное, обозначили тенденцию движения к более многогранному, более открытому обществу, оцениваемую как коренной общественно-политический сдвиг в сторону большей свободы в творчестве.

Сборники представляют ценность не только для ученых, их охотно прочтет каждый, кому не безразлична история огромной страны, кто пережил падение советского строя, но обнаружил живучесть его общественных и культурных систем и механизмов. Они читаются как хорошая монография, что свидетельствует не только о важности содержащейся информации, но и несомненной удаче в отборе и подаче публикуемых документов участниками проекта, в организации структуры сборников, специфике их комментирования.

Опубликованные документы раскрывают содержание неизвестных советской культуре или забытых явлений, событий, получивших название "оттепели". Они отражают процесс формирования особого поколения интеллигенции, знаменитых "шестидесятников", объединенных неортодоксальным мышлением и мировоззрением. Ему предстоит и в наши дни изживать собственные иллюзии, причудливым образом сочетая их со стремлением возвращаться к неким "нормам", искать их то в "ленинском" прошлом, то в очередном политическом кумире, противопоставляя в собственном сознании и поведении сталинскому произволу. Сегодня очевидно: это особого рода идеалисты, верившие, что для свободы их творчества вполне достаточно отказа власти от прямого политического террора. Непоследовательность и противоречивость хрущевской политики после жестоких сталинских репрессий творческая элита восприняла как стремление к отказу от тотального и безраздельного господства партии в области идеологии и культуры в качестве нормы в своих взаимоотношениях. То, что это было глубочайшим заблуждением, подтверждают отраженные в сборниках истории публикации "Одного дня Ивана Денисовича" А.И. Солженицына и присуждения Нобелевской премии М.А. Шолохову, яростное раздражение власти не столько против издания "Доктора Живаго" Б.Л. Пастернака за рубежом, сколько против вышедшего из-под контроля цензуры самого процесса.

Партийный аппарат оставался в курсе мельчайших попыток творческой элиты уклониться от контроля, использовать неподцензурное пространство, "помягчевшую" систему в своих интересах. Наиболее подробно этот процесс представлен в публикациях о присуждении Нобелевской премии Б.Л. Пастернаку и работе идеологических комиссий ЦК КПСС. В них раскрывается содержание дискуссий лишь о границах дозволенной свободы, а не о свободе как таковой. Прекрасное предисловие к сборнику о Б.Л. Пастернаке, написанное его сыном Е.Б. Пастернаком, - только очередное подтверждение живучести этих иллюзий.

Поиск новых форм взаимоотношения с интеллигенцией включал в себя как продолжение сталинского объединения ее "по профессиям" (создание Союза художников СССР, "отпочкование" от Союза писателей СССР писательской организации РСФСР), так и устройство встреч руководителей партии и правительства с деятелями культуры, где демонстрировалось преимущество послушания, обусловливавшего материальные и должностные поощрения. В случае проявления неподчинения начиналось грубое давление, организовывались кампании проработки "либералов" и "модернистов". Документы показывают, что в большинстве своем сохранились основные черты единства культурной системы, преемственности со сталинской моделью. Сохранилось главное: взгляд на культуру как на инструмент идеологии и политики. Корни этого, увы, не в большевизме, а в господствовавшей идеологии "третьего Рима", из которой следует - "единство и неделимость" России заключаются, прежде всего, в неделимости власти над нею. К сожалению, разрушить эту традицию пока не удалось.

Публикуемые документы вводят в научный оборот новый фактологический материал в кардинальную проблему отечественной истории: изучение тайны природы власти в России, сохраняющей и в наши дни определяющее влияние на темпы, условия и способы ее реформирования. Над раскрытием этой тайны трудились лучшие умы российских интеллектуалов. В их ряду - Пушкин и Достоевский, славянофилы и западники со своим вечным спором, острозлободневным в наши дни, пассажиры "философского парохода", диссиденты 1970-1980-х гг., частью вернувшиеся в родные пенаты, либералы горбачевско-ельцинского призыва, растерянно взирающие на современную, уже не советскую Россию. Авторы проекта понимают, что и хронологические рамки документальной серии гораздо шире обозначенных, и содержание документов значительно глубже, о чем прямо говорится в предисловии к одному из сборников, написанному К. Аймермахером. На наш взгляд, в современной России имеется читатель, способный оценить глубинный смысл содержания публикуемых документов.

Постановления и материалы к ним Комиссии ЦК по вопросам идеологии, культуры и международным партийным связям; стенограммы и протоколы Идеологической комиссии ЦК послужили основой для первого издания (РГАНИ. Ф. 11, 72). Однако основной документальный массив сборников извлечен из фонда "Аппарат ЦК КПСС" (Ф. 5), прежде всего, отдела науки и культуры, с течением времени изменявшего свое наименование. Нашли также отражение документы и общего отдела, отделов агитации и пропаганды; науки, школ и культуры ЦК КПСС по РСФСР. Это направлявшиеся секретарям ЦК КПСС многочисленные записки различных ведомств - Министерства культуры, Главлита, творческих союзов, Академии художеств СССР, издательств, редакций газет и журналов; проекты постановлений по поднимаемым вопросам. Особую ценность представляют письма во власть как один из каналов связи с ней деятелей культуры. Это и просьбы, и попытки объясниться, и жалобы, часть из которых очень похожа на донос. Здесь корреспонденции разных по своим идеологическим и творческим устремлениям авторов. Наряду с документами, освещающими ситуации вокруг В.С. Гроссмана, М.М. Зощенко, Б.Л. Пастернака, С.Т. Рихтера, А.И. Солженицына, И.Г. Эренбурга, содержится информация о В.А. Кочетове, А.А. Суркове, что позволяет представить во всей полноте хронологический и содержательный срезы процесса.

Документы, систематизированные в хронологическом порядке, показывают то общее, что объединяло партийные подходы к культуре в целом, к отдельным ее сферам, реальную взаимосвязь, "сцепленность" событий. Исключение составляет сборник "Идеологические комиссии…", где хронология публикуемых постановлений увязана в тематический блок с материалами к нему (инициативные документы, справки и т.п.).

Хронологическая структура изданий дает возможность для последующего расширения тематики будущих публикаций. Опыт дальнейшего углубления в проблему уже представлен одним из рецензируемых сборников ("А за мною шум погони…"). Немалые возможности намечены и помещенными в сборниках документами о коллизиях и разных драматических столкновениях отдельных деятелей культуры с представителями власти. Среди них - писатели В.С. Гроссман и А.Т. Твардовский, художники Э.М. Белютин и Э.И. Неизвестный, танцовщик Р.Х Нуреев, кинорежиссер А.А. Тарковский и др. Ценен и опыт взаимодействия с властью, в частности В.А. Кочетова, А.А. Суркова (в литературе), В.А. Серова, Е.Ф. Белашовой (в изобразительном искусстве) и др. До сих пор фрагментарны, мало известны, но крайне актуальны документальные свидетельства о психологических мотивах, соединявших власть и писателей-"деревенщиков" Ф.А. Абрамова, В.И. Белова. За разнообразием имен, лишь отчасти здесь упоминаемых, стоит не только пополнение биографической базы конкретного деятеля культуры. За ними - раскрытие личного умения отличать абсолютное от относительного, национальное от универсального, цель от средств, личный опыт крушения (или "сотворения") кумиров от "общественного идеала". Путь освобождения от иллюзий и заблуждений, пройденный каждой творческой личностью по-своему, - далеко не простая дорога усвоения либерализма или отказа от него, или попыток "национальной" его интерпретации.

В дальнейшем была бы полезной публикация документов (стенограмм и других материалов) июньского 1963 г. пленума ЦК КПСС, известного как "идеологический", а также постановлений Президиума (Политбюро) ЦК КПСС, содержание которых лишь упомянуто в комментариях к сборникам.

Особо отметим специфику научно-справочного аппарата к изданиям. Авторы впервые поместили здесь информацию из делопроизводственной, учетной картотеки аппарата ЦК КПСС. Отмечаемый в ней путь прохождения документа внутри аппарата, по "коридорам власти" с момента поступления до принятия решения дает возможность установить причастность к его выработке того или иного функционера, мотивы, которыми он руководствовался. Тем самым демифологизируется и конкретизируется "сакральная" сторона процесса: тайна личного участия партийного чиновника в том или ином решении. Помогают этому не только текстуальные примечания и комментарии по содержанию, но и именной указатель с подробными данными о месте конкретного лица в структуре власти, о его карьерных траекториях. Власть впервые олицетворяют не только и не столько первые лица советской политики - И.В. Сталин, Н.С. Хрущев, М.А. Суслов, а целый сонм функционеров: заведующие отделами, секторами, их помощники, инструкторы и референты. По сути, тайна власти в России оказывается довольно простой: она не в особой загадочности, импульсивности, непоследовательности, коварстве политиков, ее олицетворяющих. Она - в тщательно скрываемом авторстве причастных к принятию решения, в тирании идей, принципах и идеалах людей, мутации в восприятии как "основных" властителей, так и мелких "сошек". Гораздо сложнее оказалась не тайна власти, а тайна "души" представителей элиты, отражение ее в их творчестве (художественном и политическом), в общественном менталитете как их производном.

Редакционную коллегию большинства изданий возглавил К.Аймермахер. В нее вошли В.Ю. Афиани (отв. ред.), Д.Байрау, Б.Бонвеч, Н.Г. Томилина. Ответственными составителями сборников являются З.К. Водопьянова и Т.В. Домрачева. В подготовке документов к изданию участвовали многие сотрудники РГАНИ. Авторы идеи и публикаторы положили успешное начало созданию условий для раскрытия сложнейшего ментального процесса. Реализуемый проект, быть может, является лучшим примером документационного обеспечения изучения важнейшего этапа эволюционирования российской истории в целом и российской культуры в частности, феноменологии не только творческой, но и политической отечественных элит.

В силу важности введенных в научный оборот документов, ставших доступными в рамках издания, их актуальности в наши дни сборники документов будут востребованы не только профессиональными историками. Не пройдут мимо них и современные культурологи, политологи, социологи, литературоведы, специалисты по проблемам элитологии, другие исследователи фундаментальных общественно-политических проблем.

Т.Ю. КРАСОВИЦКАЯ.

вверх
 

Федеральное архивное агентство Архивное законодательство Федеральные архивы Региональные архивы Музеи и библиотеки Конференции и семинары Выставки Архивные справочники Центральный фондовый каталог Базы данных Архивные проекты Издания и публикации Рассекречивание Запросы и Услуги Методические пособия Информатизация Дискуссии ВНИИДАД РОИА Архивное образование Ссылки Победа.1941-1945 Архив гостевой книги

© "Архивы России" 2001–2015. Условия использования материалов сайта

Статистика посещаемости портала "Архивы России" 2005–2015

Международный совет архивов Наша Победа. Видеоархив воспоминаний боевых ветеранов ВОВ Сайт 'Вестник архивиста' Рассылка 'Новости сайта "Архивы России"'